Жизнь Марии Карповны Байда Великая Отечественная война, как страшный рубеж, разделила на две части: до войны и после войны.
Ее судьба очень похожа на судьбы миллионов советских граждан того поколения.
Родилась Мария Байда 1 февраля 1922 г. До начала войны окончила несколько классов средней школы, работала в колхозе на полевых работах, в больнице сестрой-хозяйкой, санитаркой. В 1940 г. окончила курсы медсестёр. В июле 1941 г. вступила в ряды Красной армии. Вместе с частями Приморской армии отступала с севера Крыма к Севастополю. В период обороны Севастополя 1941-1942 гг. М.К. Байда — санинструктор, разведчик 514-го стрелкового полка 172-й стрелковой дивизии Приморской армии.
В мае 1942 г. старший сержант Байда в одном из боёв за Севастополь из автомата уничтожила 15 солдат и офицера противника, освободила из плена советского командира и несколько бойцов. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 20 июня 1942 г. ей было присвоено звание Героя Советского Союза. В июле 1942 г., тяжело раненая, Мария Карповна вместе с другими защитниками Севастополя попала в плен. Началась долгая череда немецких лагерей (Украина, Австрия, Германия), участие в антифашистском подполье, застенки гестапо в тюрьме г. Зальцбург. После освобождения в мае 1945 г. Мария Байда, пройдя многочисленные проверки советских органов, вернулась домой в родной Крым осенью 1946 г.
Трудное детство, война не позволили Марии Карповне получить хорошее образование, приобрести профессию. Только в 1956-1959 гг., проживая в Гурзуфе, работая кладовщиком в Доме творчества им. Коровина, тяжело больная, ослабленная военными испытаниями 37-летняя женщина, инвалид 3-й группы, закончила обучение по программе средней школы (10 классов). Тяжело и не просто выстраивалась ее мирная послевоенная жизнь. В 1947 г. ей были вручены Грамота о присвоении звания Героя Советского Союза, орден Ленина и медаль «Золотая Звезда», в 1951 г. она вступила в партию. Мария Карповна вышла замуж за фронтовика Елисеева Степана Федоровича, в 1945 г. родился сын Анатолий, в 1948 г. дочь Жанна.
В Севастополе, приехав сюда по приглашению руководства города в 1960 г., М.К. Байда была назначена на должность заведующей городским бюро записи актов гражданского состояния, получила квартиру на ул. Гоголя, была окружена вниманием и заботой, любовью и уважением жителей города-героя. В 1976 г. Марии Карповне было присвоено звание «Почетный гражданин города-героя Севастополя», она неоднократно, с 1964 г., избиралась депутатом Севастопольского городского Совета.
И это было самое малое, чем могли севастопольцы выразить свою благодарность отважной защитнице Севастополя, посвятившей свою жизнь защите Отечества, на фронте — с оружием в руках, в концлагерях – сражаясь в рядах антифашистского сопротивления, в мирное время – честным добросовестным трудом, борьбой за сохранение памяти о подвиге советского народа в годы Великой Отечественной войны.
Архивные документы из фондов ГКУ «Архив города Севастополя» (далее АГС) и ГКУ РК «Государственный архив Республики Крым» (далее ГАРК) позволяют раскрыть основные этапы боевого пути, трудовой, общественной деятельности Героя Советского Союза М.К. Байда.
В личном деле «Байда Марии Карповны – Героя Советского Союза, бывшей заведующей отделом записи актов гражданского состояния исполкома Севастопольского городского Совета народных депутатов» (АГС) имеются автобиографии, личные листки по учёту кадров, анкеты, собственноручно составленные и заполненные ею в разные годы, другие документы, первый из которых датирован 6 января 1962 г., последний – 17 октября 1990 г.
В деле о Герое Советского Союза М.К. Байда в архивном фонде «Крымская комиссия по истории Великой Отечественной войны 1941–1945 гг.» (ГАРК) собраны газетные публикации 1941-1942 гг. о М.К. Байда, воспоминания ее боевых товарищей, стенограммы беседы с генерал-майором И.А. Ласкиным о Героях Советского Союза Марии Байда и Павле Линнике, которая была записана 4 января 1943 г. в период боёв под Сталинградом, беседы со старшим сержантом Героем Советского Союза Марией Карповной Байда, которую провёл в Симферополе 25–26 мая 1946 г. ответственный секретарь Крымской комиссии по истории Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. при Крымском областном комитете Компартии Украины Р.М. Вуль.
Представленные на выставке архивные документы: фотографии, фрагменты стенограмм бесед, воспоминаний и другие, позволяют получить ответы на многие вопросы о жизни, боевом и гражданском подвиге Героя Советского Союза М.К. Байда.

Герой Советского Союза Байда М.К. 1950-е гг.

«Родилась в 1922 г., 1 февраля, в селе Ново-Чуваш Красноперекопского района в крестьянской семье. В семье было четверо детей. До 1932 г. жила с родителями. В 1932 г. мать умерла, после этого мы – дети жили у бабушки. Отец уехал из деревни и женился в Воинке. Я год жила у него, училась, потом опять приехала к бабушке. С 1935 г. жила в Джанкое у тётки, летом работала на огородах, а зимой была дома, не училась. Окончила пять классов школы. В Джанкое жила до 1938 г. В комсомол вступила в 1942 г. в армии. В 1938 г. работала в колхозе Курман у второй тётки по 1939 г. В 1939 г. уехала работать в Воинку. Там работала в больнице кастеляншей и санитаркой по 1940 г. В 1941 г., до войны месяца четыре, училась на медицинских курсах. Доктор Лейченко за хорошую работу посылал нас на эти курсы. В июле месяце 1941 г. я пошла в истребительный батальон».

Из стенограммы беседы М.К. Байда с Р.М. Вуль. Симферополь. 25 – 26 мая 1946 г.

Вуль Роман Михайлович – в 1944–1947 гг. ответственный секретарь Крымской комиссии по истории Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. при Крымском областном комитете Компартии Украины (использовалось и другое её название – Историческая комиссия), одним из первых после возвращения М.К. Байда из плена на Родину провел с ней беседу под стенограмму об участии в обороне Севастополя 1941–1942 гг., о пребывании в плену, участии в антифашистском сопротивлении, способствовал возвращению М.К. Байда всех государственных наград и звания Героя Советского Союза в 1947 г.

«Девушка высоко роста, открытое, весёлое лицо, полное жизнерадостности. Мария не могла быть незамеченной. […]
Ноябрьские бои… Жаркие дни, бои шли жестокие … в этих боях Мария показала себя как бесстрашная патриотка. Она в один день особо тяжелых боев, не покидала поле боя, под осколками мин, снарядов, под дождем свистящих пуль, под вой рвущихся бомб, она творила поистине чудеса, она оказывала первую помощь раненым перевязками, жгутами, добрым словом, непосредственно на поле боя. Ежесекундно рискуя жизнью, она выносила раненых из самой гущи боя. Десятки раненых обязаны ей жизнью. Ее имя как сестры-спасительницы передавалось из уст в уста … Тогда весь полк узнал о скромной девушке Марии Байда …
1942 год. Полк в районе Бельбек. Однажды ко мне в блиндаж пришла Мария, я тогда был начальником разведки (ПНШ-2): Товарищ начальник, возьмите меня в разведку! – сказала и замерла. Я от неожиданности обалдел. Карусель мыслей – Разведка … Девушка. Даже смешно стало. Мария, о чем ты говоришь?! Ты ведь не знаешь, что такое разведка?! Нет, нет, иди дивчина, работай по медицине. Польза от тебя и так велика! – похлопал я ее по плечу.

— Товарищ начальник – возьмите! – настаивает она. – не возьмете пойду к командиру полка. Все равно буду в разведке – твердо заявила она. И надо было видеть ее лицо, ее глаза – в них был огонь, огонь, который может быть только у людей сильных, уверенных в себе. И Мария стала разведчиком …

… Скажу одно – она была любима и в полку, и в дивизии, и всеми защитниками Севастополя. В ней отражены лучшие качества советской девушки – патриотки в период Великой Отечественной войны …
… Мыс Фиолент. Там я встретил снова Марию, мы как самые близкие расцеловались. Я ее поздравил с высоким званием Героя Советского Союза. Она смущенно опустила глаза. Это была все та же скромная девушка, беззаветно преданная Родине.
Ночь с 2-го на 3-е июля. Ушли последние корабли, а утром снова бой. Мария со мной рядом. И день за днем, час за часом в условиях полного окружения, без пищи, без воды, Мария, как и все севастопольцы, уничтожала фашистов. Десять дней – они не вошли в историю Великой Отечественной войны, но они полны самоотверженности (поверьте, Роман Михайлович, эти 10 дней еще ярче показали величие советского воина, презрения к смерти). Они, эти дни, полны величия и героизма защитников Севастополя. На пустынных, исцарапанных огнем и каленой сталью мин, снарядов и бомб обрывах Херсонесского мыса кровью написана история этих великих по героизму последних дней защитников Севастополя.
13.07.42 г. в Балаклаве видел Марию последний раз … В 1943 г. я встретил Петра …, однополчанина, двоюродный брат Марии, от него узнал, что Марию вывезли на запад. Считал, что она погибла …

Из письма С.А. Хитарова Р.М. Вуль. Краснодар. 20 мая 1946 г.

Хитаров Сергей Артемьевич – в период обороны Севастополя 1941–1942 гг. старший лейтенант, помощник начальника штаба, командир разведроты 514-го стрелкового полка 172-й стрелковой дивизии Приморской армии.

Начальник политотдела 172-й стрелковой дивизии Г.А. Шафранский (слева), старший сержант разведроты 514-го стрелкового полка 172-й стрелковой дивизии М.К. Байда (в центре), заместитель начальника политотдела 172-й стрелковой дивизии батальонный комиссар А. Нешин (справа). Севастополь. 1942 г.

«Она очень серьезной была, разговор тихий, пользовалась большой популярностью. Бойцы на нее смотрели как на какую-то важную и боевую персону: смотри-ка, дескать, и с ней всегда разговаривать больше всего приходилось о деле. Бывает у людей, шутят, все такое, а она – нет. Если с ней заговоришь с шуткой, она быстро перейдет на деловую сторону … Байда такая полненькая, не женственная, ростом высокая, строгая, не позволит с собой шутить. Ходила в брюках, коротко подстриженные волосы под польку, слегка носик вздернутый. Совершенно спокойная, как будто на первый взгляд не любознательная, любит больше слушать и слушает внимательно. Речей не говорит особых, кратка в разговоре, … но очень вдумчивая. … многократно отличалась своей храбростью, ходила в разведку … с полковой разведкой в тыл врага. Приходила жива, здорова. В полку ее все знали не как санитара, а больше как бойца храброго такого. Она прекрасно стреляла, умела пользоваться и всегда работала гранатами, автоматом, стреляла из пулемета. Женщина с большой физической силой, упругая такая, крепкая. Медаль она носила, а в эти дни (третий штурм Севастополя – прим. авт.) показала исключительную храбрость. … несмотря на свое ранение, — рука у нее была перевязана, — она продолжала вести бой, воевать, в госпиталь не пошла, находилась с бойцами в полку. Только в конце я вызвал ее и говорю: «Находитесь при мне». Я хотел, чтобы она уехала …».

Из стенограммы беседы с начальником штаба 64-й армии генерал-майором Ласкиным И.А. о Героях Советского Союза Марии Байде и Павле Линнике. Сталинград. 4 января 1943 г.

Ласкин Иван Андреевич (1901–1988) в период обороны Севастополя 1941–1942 гг. – полковник, командир 172-й стрелковой дивизии Приморской армии, до января 1942 г. – комендант 2-го сектора обороны Севастопольского оборонительного района; в январе 1943 г. – генерал-майор, начальник штаба 64-й армии Сталинградского фронта, как представитель советского командования вёл переговоры с командованием 6-й армии вермахта о капитуляции, принимал участие в пленении фельдмаршала Паулюса.

Герой Советского Союза М.К. Байда. После 1946 г.

«… До середины декабря было затишье, а потом опять начался обстрел и наступление. Пять суток никто не спал, и даже кушать не успевали. Итальянское кладбище было оставлено, бой был жуткий. Под самым Итальянским кладбищем стоял домик лесничества, немцы взяли и кладбище, и этот домик. У нас остался только небольшой клочок земли.
В одну тёмную ночь пришли из балки разведчики, пробрались в этот домик, там были румыны. Разведчики вытащили трофейную подводу и привели двух румын, а разведчики были ранены. Когда я шла к своим раненым в мельницу, меня один встречает и говорит: «Там есть раненые разведчики, их надо забрать». Я повернулась и пошла с ним. Пришли к самому лесничеству, нас встретил кто-то гранатой, но мы подошли к лесничеству. Там было трое раненых и убитых, мы их забрали, принесли к батальонному штабу. Командир мне сказал, чтобы я была в роте, есть раненые. Командир мне сказал, чтобы ни один раненый или убитый не был оставлен. Никто из нас никогда не оставлял ни раненых, ни убитых, вытаскивали из огня в тыл, а наши машины вывозили в госпиталь. Наша работа трудная. У меня всегда была на спине замерзшая кровь слоем. В декабре я никогда не ходила в шинели, было тяжело выносить раненых, я их всегда тащила в одной гимнастёрке, и за эти пять дней жутких боёв крови налипло на гимнастерке очень много. Приходилось быть в опасности, но всё же выходила целой. Раз раненый лежит, то несмотря ни на какой обстрел его нужно было вынести…
К первой награде – ордену Красного Знамени – меня представили в феврале, а наградили в марте. Наградили за дело: на Итальянском кладбище и 23 февраля в Бельбеке было наступление немцев, и с нашего КП (командный пункт) командир полка послал меня с адъютантом с боевым донесением и дал задание, всё это было выполнено. Потом после 9 или 10 марта было наступление немцев на Бельбек. В этом наступлении меня немного контузило на передовой, за всё это меня наградили орденом Красного Знамени».

Из стенограммы беседы М.К. Байда с Р.М. Вуль. Симферополь. 25 – 26 мая 1946 г.

Участники обороны Севастополя 1941 – 1942 гг. (слева направо) Байда М.К.,
контр-адмирал Октябрьский Ф.С., Рогачев П. М. на встрече с сотрудниками
Севастопольского бюро путешествий и экскурсий.
Севастополь. 1962 – 1963 гг.

«… Накануне третьего штурма в боевых порядках дивизии было не более 4 тыс. человек. Дивизия состояла из двух полков, а наступали на её позиции три дивизии немцев. Ввиду отсутствия резервов (мы это прямо так и говорили) мы не особенно переходили в контратаки. Вопрос ставился на уничтожение врага […] использовали то, что было накоплено […] Вот, к примеру, такой факт. Есть Герой Советского Союза Мария Байда […] Она была санитаром, была послана в роту, которая защищала один укреплённый пунктик на самой передовой. И вот, когда немец перешёл в наступление, она бросила свою работу, взяла автомат и уничтожила вместе с другими много фашистов. На её долю досталось 50 немцев, на подступах к её окопу. Когда эта группа людей была окружена, командир батальона и роты погибли, она в непосредственной близости уничтожила 21 фашиста, и, когда у них не стало патронов, она автоматом убила 5 человек на глазах у бойцов […] Я не видел этого, но находился от этого места в 400 м, так что бой, что там делалось, я видел […] а то, что она это сделала, мне сказали люди, которые оттуда пришли. И Мария Байда пришла ко мне. Это была исключительная скромница […] И вот она оказалась в кольце […] После того как немцы уничтожили их группочку человек 12–13, потом была вторая группа, их окружило ещё человек 300. […] и вот, когда она выходила из окружения, – она не говорит и я не скажу, но бойцы говорят, что «мы под руководством Марии Байда, – она приняла командование, – расчистили себе выход из окружения. Мария Байда сама бросала гранаты. Вот это её первый день работы в первый день штурма…».

Из стенограммы беседы с начальником штаба 64-й армии генерал-майором Ласкиным И.А. о Героях Советского Союза Марии Байде и Павле Линнике. Сталинград. 4 января 1943 г.

«… Мне рассказывал один мой разведчик Бей-али-Турпалов – немцы всё лезли, и несмотря ни на что огонь косил их и косил, они лезли – им нужен был этот выход.
Мария была спокойна, она расстреливала в упор, а когда в её автомате не оказалось патронов, она его обернула как палицу. Я видел, – говорил Турпалов, – как раскололись черепа трёх фашистов […] Подвиги Марии зажигали товарищей, и, воодушевлённые бесстрашием, они не пропустили немцев в течение всего дня. Немцы обошли с далёких флангов маленькую, но такую грозную точку сопротивления. Ночью Мария вывела оставшихся разведчиков из окружения, унеся всех раненых…»

Из письма С.А. Хитарова Р.М. Вуль. Краснодар. 20 мая 1946 г.

«… Я себя назвала в тюрьме Катя Чёрная […] никто не знал, что я Мария […] Однажды днём в обед лежали мы в камере все на полу, вдруг заходит румынский офицер, идёт так важно и держит бумагу. Он поздоровался со всеми, развернул бумагу и говорит: «Я буду спрашивать, а вы мне отвечайте правильно. Кто скажет правильно, тот будет выпущен». Тут он сказал, что Севастополь взяли и Москву берут. Словом, наговорил нам всякой пакости, потом стал спрашивать, кто знает Онилову Нину. Пусть скажет о её судьбе, находится ли она среди вас?
Тут поднимается одна из наших девушек и говорит, что Нина Онилова убита, её в живых нет.
Он спросил: «Это точно?» Она подтвердила: «Да, точно».
Дальше он стал спрашивать о Павличенко Людмиле, где она, кто знает и что может сказать о ней.
Тут кто сказал, она на Кавказе, кто говорит, что убита. Мы не знали ничего. Может быть, и знали, но не говорили.
Наконец, дошла очередь до меня. Он спрашивает: «Кто знает Байду, ходила с автоматом».
В это время я поднимаюсь, а девушки, которые были рядом со мной, схватили, дёргают меня, думают, что я сейчас скажу, что я Байда. А я лицо закрыла платком и говорю офицеру, что Байду знаю.

Он меня спрашивает:
– Вы видели её в последнее время?
– Да, видела на 35-й батарее. Там была большая воронка, её тяжело ранило в грудь и в ноги, я делала ей перевязку, и на моих руках она умерла.
– Это точно?
– Я говорю то, что видела.
– А если мы проверим?
– Пожалуйста, в воронке её найдете.
Дальше он опять начал говорить разную чепуху и нас спрашивает одно и то же. Так Байду и не нашли…

Из стенограммы беседы М.К. Байда с Р.М. Вуль. Симферополь. 25 – 26 мая 1946 г.

Военно-историческая конференция, посвященная 20-летию обороны Севастополя 1941-1942 гг.
Слева направо: участники обороны Севастополя 1941 – 1942 гг. Герои Советского Союза Морухов А.С., капитан 2-го ранга Кесаев А.Н., Байда М.К., Павличенко Л.М., Герой Социалистического труда Шкуропат В.Н.
Севастополь. 15-19 мая 1961 г.

… С декабря 1945 г. по апрель 1946 г. проживала в Джанкое, «не работала по болезни», затем с мая 1946 г. по август 1947 г. работала официанткой, заведующей в чайной № 2 г. Джанкоя. В 1947 г. «уехала на южный берег Крыма, т.к. […] обнаружилось заболевание со стороны лёгких (туберкулёз), с 1947 по 1961 г. жила и работала в Гурзуфе: 1947–1948 – винсовхоз в Гурзуфе (повар). В 1948–1951 не работала, тяжело болела. В 1951–1952 работала секретарём курортного поселкового совета. В 1952–1953 тоже не работала. В 1954–1961 гг. работала в Доме творчества им. Коровина. С 1961 г. переехала из Гурзуфа в Севастополь. По настоящее время работаю в Севастопольском бюро ЗАГСа».

Из личного листка по учету кадров и автобиографии М.К. Байда. Севастополь. 1962 г.

М.К. Байда, руководитель отдела записи актов гражданского состояния г. Севастополя,
вручает свидетельство молодоженам. Севастополь. 12 апреля 1965 г.
Встреча учащихся Севастопольского медицинского училища им. Героя Советского Союза
Жени Дерюгиной с Героем Советского Союза Байда М.К.
Севастополь. 20 декабря 1974 г.
На праздновании 30-летия освобождения Севастополя от немецко-фашистских захватчиков.
Слева направо: вице-адмирал Кулаков Н.М., Шапиро В.Ю., бывший начальник медицинской службы крейсера «Красный Крым», Герой Советского Союза Байда М.К., Рогачев П.М., директор Музея героической обороны и освобождения Севастополя. Севастополь. Май 1974 г.
М.К. Байда с воспитанниками детского сада № 61.
Севастополь. 1984 г.
М.К. Байда с боевыми подругами – участницами обороны Севастополя 1941 – 1942 гг.
Севастополь. 1989 г.
Обращение Совета ветеранов 109-й стрелковой дивизии Приморской армии к первому секретарю Севастопольского горкома Компартии Украины В.И. Пашкову и председателю Исполнительного комитета Севастопольского городского Совета П.Н. Стенковому с ходатайством о присвоении звания «Почетный гражданин города-героя Севастополя» участницам обороны Севастополя 1941 – 1942 гг. А.А. Сариной и М.К.Байда. Севастополь. 15 февраля 1971 г.
Мемориальная доска на здании Управления записи актов
гражданского состояния города Севастополя.
Севастополь. 2016 г.
Памятное обозначение Комсомольского парка имени
Героя Советского Союза Марии Карповны Байда.
Севастополь. 2016 г.